Шноркель на подводных лодках

Шно́ркель (нем. Schnorchel — дыхательная трубка ), шнорхель, устройство для работы двигателя под водой (РДП), устройство для компрессоров (УДК) — устройство на подводной лодке для забора воздуха, необходимого для работы двигателя внутреннего сгорания под водой, а также для пополнения запасов воздуха высокого давления и вентиляции отсеков.

Шноркель в классическом значении представляет собой устройство для работы двигателя в подводном положении (в русском языке часто используется термин устройство РДП) и представляет собой конструкцию в виде трубы с воздухозаборником. Часто шноркель имел и вторую трубу — для выпуска выхлопных газов дизелей (с глушителем). В головке трубы (нем. Schnorchelkopf ) расположен поплавковый клапан для предотвращения попадания забортной воды в работающий дизель. Шноркель впервые стал серийно выпускаться и применяться во время Второй мировой войны в ВМС Германии. Подводные лодки второй четверти XX века не могли находиться под водой беспрерывно. При благоприятной обстановке лодки несли дежурство в надводном положении, скрываясь под водой в случае обнаружения цели или появления противника. При скрытном плавании в акватории, контролируемой противником, всплытия для вентиляции производились, по возможности, не чаще раза в сутки (как правило — ночью). Скрываясь от атак, лодки могли находиться под водой до нескольких суток беспрерывно, что являлось немалым испытанием для экипажа.

В такой ситуации шноркель стал изобретением, существенно улучшающим скрытность субмарин: для вентиляции и зарядки аккумуляторов лодке со шноркелем можно было вместо всплытия идти на перископной глубине (около 15 метров), а на поверхности находилась головка трубы, которая по сравнению со всплывшей субмариной была малозаметна. Однако количество поставляемых шноркелей было явно недостаточным. Немецкий командир подлодки Герберт Вернер в своих воспоминаниях пишет, что шноркелями оснащались не более трети всех немецких субмарин, а его конструкция не была безупречной: при неумелом ходе под шноркелем поплавок часто застревал в трубе, что после вырабатывания воздуха работающими дизелями приводило к разрежению атмосферы в лодке и к приступам удушья у экипажа. К недостаткам применения шноркеля относятся проблемы, связанные с возможностью визуального или радарного обнаружения судна неприятелем (так как сам шнорхель и дым из его трубы гораздо заметнее перископа), а также тот факт, что корабль идёт вслепую и «вглухую» из-за шума собственных двигателей — то есть, оператор гидролокатора не может выполнять своих обязанностей, что чревато неприятными последствиями. В связи с наличием вспомогательного дизельного двигателя и для нужд вентиляции воздухозаборные выдвижные устройства есть и на современных атомных подводных лодках. В советском и российском ВМФ термин шноркель практически не применяется, используются термины РДП и УДК.

Первый шноркель был изобретён [1] командиром русской подводной лодки «Скат» Николаем Гудимом и заведующим плавмастерской транспорта «Ксения» Борисом Сальяром в 1910 году (Официально считается, что Шно́ркель изобретён Джеймсом Ричардсоном в 1916 году [2] ). Устройство изготовили в мастерской «Ксении» и установили на «Скате», испытав его в том же году 19 октября. Также его устанавливали на субмарине «Фельдмаршал граф Шереметев». Впрочем, даже приоритет Гудима несколько условен. Ещё во время русско-японской войны 1904-05 гг. устье Амура защищала русская подводная лодка «Кета», переделанная из старой лодки конструкции Степана Карловича Джевецкого под руководством лейтенанта Сергея Александровича Яновича, который и стал её командиром. «Кета» на самом деле была полуподводной, то есть могла плавать только в полупогружённом состоянии. Лодка была оснащена слабым бензиновым двигателем, а для удобства и безопасности плавания отвод выхлопных газов Янович направил в длинную трубу над корпусом лодки.

Устройство аналогичного назначения и конструкции также используется в составе оборудования подводного вождения танков.

Также шноркелем на автомобилях повышенной проходимости называют вынесенную вверх трубу для забора воздуха двигателем. Она предназначена для форсирования бродов, чтобы исключить попадание воды в двигатель, а также уменьшает загрязнение воздушного фильтра.

Немецкие подводные лодки во Второй мировой войне

  • Торпеды
  • Мины
  • Палубная артиллерия
  • Зенитная артиллерия
  • Оборудование

ТИПОВОЕ ОБОРУДОВАНИЕ НЕМЕЦКИХ ПОДВОДНЫХ ЛОДОК

ДВИГАТЕЛИ

Подводные лодки всех типов были оснащены дизельными двигателями и электрическими двигателями. Дизели обеспечивали надводный ход лодки, а электродвигатели — подводный. Дизели, вращавшие гребные валы, были установлены на очень мощных опорах. Они занимали почти все пространство машинного отделения, так что между ними оставался лишь узкий проход. Из-за жары и запаха топлива работать в машинном отделении было крайне тяжело, к тому же здесь было очень тесно, что сильно затрудняло устранение многих механических неполадок.

Малые подводные лодки II серии обычно оснащались дизелями мощностью 350 л.с. и электродвигателями мощностью 180 или 205 л.с. На более крупные лодки VII серии сначала устанавливали два дизеля мощностью 1160 л.с., а позднее двигатели марки F46 фирмы F. Krupp Germaniawerft AG (на большинстве лодок) или аналогичные двигатели марки M6V 40/46 фирмы MAN мощностью 1400 л.с. Дизели фирмы F. Krupp Germaniawerft AG считались менее экономичными, но гораздо более надежными, однако отказаться в условиях массового строительства лодок от дизелей фирмы MAN немецкие кораблестроители так и не смогли. Электродвигатели подводных лодок VII серии имели мощность 375 л.с. Дизели фирмы MAN марки M9V 40/46 мощностью 2200 л.с. устанавливались на океанических (крейсерских) лодках IX серии, однако они оказались более подвержены поперечной качке (центр тяжести выше, чем у V-образных), что при излишне облегченной конструкции приводило к частым поломкам. Лодки IX серии обычно имели электродвигатели мощностью 500 л.с., однако на "электролодках" XXI серии мощность электродвигателей равнялась 2500 л.с., что имело важную роль при подводном ходе. Электродвигатели устанавливались на тех же гребных валах, что и дизели, и поэтому они работали в холостом режиме, когда лодка шла на дизелях; последние при этом приводили в движение генераторы, перезаряжающие аккумуляторные батареи. Основными поставщиками электродвигателей являлись фирмы Siemens, AEG и Brown-Boveri.

ШНОРКЕЛЬ

Шноркель представлял собой трубу, позволявшую субмаринам идти на перископной глубине на дизелях. В 1943 году, когда потери у подводников стали расти, шноркели появились на лодках типа VIIC и IXC, они также закладывались в конструкцию создаваемых лодок серий XXI и XXIII. Субмарины начали применять новинку в боевых действиях в первые месяцы 1944 года, а к июню того же года примерно половина лодок, дислоцированных во Франции, были оснащены ими.

Читайте также:  Инструкция по установке сигнализации старлайн а93

На верхней головке шноркеля устанавливалась антенна детектора радарного излучения для предупреждения подводной лодки о близости противника, когда верхний конец шноркеля мог быть подвергнут облучению радиолокационной станции самолета или надводного корабля. Вместе с тем антенна, устанавливаемая на шноркеле, использовалась и для радиосвязи. Для большей скрытности находящаяся над поверхностью воды часть шноркеля покрывалась поглощающим электромагнитную энергию слоем, что уменьшало дальность его обнаружения радиолокационными средствами. На лодках VII серии шноркели убирались вперед и хранились в углублении на левой стороне корпуса, а на субмаринах IX серии это углубление находилось с правого борта. Более современные лодки XXI и XXIII серий имели телескопические шноркели, которые поднимались вертикально из боевой рубки рядом с перископом.

Однако шноркели не были лишены недостатков. Главный из них заключался в следующем: когда автоматические клапаны плотно закрывались для предотвращения попадания в дизельные двигатели морской воды, моторы начинали выкачивать воздух из лодки, что вызывало его разрежение и, соответствено, боли органов дыхания и разрывы барабанных перепонок у членов экипажа.

СЧЕТНО-РЕШАЮЩИЙ ПРИБОР

Центральное место в комплексе торпедного вооружения подводной лодки занимал размещенный в боевой рубке счетно-решающий прибор (СРП). Механически в него поступали данные о курсе подлодки и ее скорости, а также считываемое с азимутального круга перископа (в подводном положении) или прибора управления стрельбой (ПУС) (в надводном положении) направление на цель.

На самых первых лодках I и II серий вообще не было оборудования для установки гироскопического угла, соответственно, после пуска торпеды шли прямолинейно. Капитан вычислял необходимые данные для стрельбы через перископ, после чего они голосом передавались торпедистам и значение угла поворота гироскопа вручную вводилось в торпеды. Команду на пуск отдавал командир или первый вахтенный офицер, выкрикивая ее через люк в центральный пост и в торпедный отсек – торпедисту, после чего тот нажимал кнопку пуска торпеды.

Однако в 1938 году с началом серийного производства лодок VII и IX серий ситуация изменилась к лучшему. Необходимость голосовых команд отпала в связи с введением усовершенствованного счетно-решающего прибора, получившего название T.Vh.Re.S.1. Теперь данные передавались в торпедный отсек автоматически, где высвечивались на табло, после чего изменение глубины хода и угла поворота гироскопа торпед производилось торпедистами опять-таки вручную непосредственно в торпедном отсеке. Совершенствование торпедного вооружения позволило вводить гироскопический угол ± 90 градусов.

В 1939 году объединили в одно общее устройство все элементы и получили счетно-решающий прибор T.Vh.Re.S.2. Этот прибор монтировался на стенке боевой рубки и в момент атаки обслуживался боцманом в чине фельдфебеля или оберфельдфебеля. Боцман вручную вводил в прибор курс, скорость подводной лодки и пеленг на цель. Скорость устанавливал командир рулевому, курс считывался с репитера гирокомпаса, пеленг на цель — при атаке из подводного положения с азимутального круга перископа и при атаке из надводного положения с прибора управления стрельбой — мощного бинокля в прочном корпусе, установленного на мостике на тумбе со специальной подставкой. По командам командира в строгой последовательноти вводили семь других параметров: глубину хода торпеды, скорость торпеды, скорость цели, положение цели (справа или слева по курсу), курсовой угол цели, дистанцию до цели и длину цели. В течение нескольких секунд после этого прибор рассчитывал все необходимые для стрельбы данные, которые поступали на пульт управления в торпедном отсеке и учитывались при пуске.

Последний вариант, получивший название T.Vh.Re.S.3, позволял вводить данные в торпеды уже непосредственно со счетно-решающего прибора, однако это сказалось на размерах всей системы управления торпедной стрельбой и она была перенесена в центральный пост, за исключением оставшихсяся в рубке пульта ввода данных и стойки управления стрельбой. Команда на пуск торпед поступала автоматически нажатием кнопок на стойке управления стрельбой.

ШИФРОВАЛЬНАЯ МАШИНА "ЭНИГМА"

К началу Второй мировой войны немцы уже не ограничивались ненадежными шифровальными книгами, для кодировки сообщений создавались все более сложные технические устройства.

На флоте немцы широко использовали шифровальные машины "Энигма", представлявшие собой электромеханические машины размером примерно с портативную пишущую машинку со стандартной клавиатурой. Эти аппараты были достаточно просты и удобны в эксплуатации. Они работали на батарейках и являлись переносными. Подготовив аппарат к работе, оператор набирал сообщение открытым текстом, как на обычной пишущей машинке. "Энигма" автоматически производила шифрование и высвечивала соответствующие зашифрованные буквы. Второй оператор переписывал их и отправлял по радио адресату. На принимающем конце шел обратный процесс.

Принцип шифрования заключался в замене букв шифруемого текста другими буквами. Упрощенно принцип действия шифровальной машины "Энигма" следующий. Машина включала в себя три (а позднее и больше) вращающихся шифратора (ротора), каждый из которых представлял из себя толстое колесо из резины, пронизанное проводами и имеющее по 26 входных и выходных контактов по числу букв. Так как шифраторы были соединены между собой, при нажатии на клавишу буквы электрический сигнал проходил через три шифратора, затем сигнал проходил по проводникам отражателя и возвращался через три шифратора, высвечивая зашифрованную букву. Взаимное расположение шифраторов и их начальные положения определяли ключ текущего дня.

Более подробно устройство и принцип действия шифровальной машины "Энигма" рассмотрены в статье "Шифровальная машина "Энигма" на странице Интересные факты о Кригсмарине раздела "Факты".

В первые годы войны Великобритания несла немалые потери от немецких подводных лодок, именно поэтому для английской разведки было так важно "расколоть" шифр "Энигмы". На расшифровку немецких кодов были брошены лучшие математики и инженеры, и группа криптографов обосновалась в имении Блетчли Парк. Чтобы понять принцип действия "Энигмы", нужно было получить экземпляр этой шифровальной машины. Британское разведуправление планировало подстроить крушение захваченного немецкого самолета над Ла-Маншем, чтобы приманить подводную лодку и захватить "Энигму", но обошлись и без этого. Шифровальную машину сняли в марте 1941 года с захваченного немецкого минного тральщика "Кребс", в мае — с метеорологического судна "Мюнхен", затем еще с нескольких транспортных кораблей. Как выяснилось, и на подводных лодках, и на обычных слабовооруженных кораблях немцы разместили машины схожего типа. Правда, на подлодках использовались особые кодовые журналы, без них разгадать шифр было крайне трудно. 9 мая 1941 года англичанам удалось захватить немецкую подводную лодку U-110, и "Энигма" вместе с журналами кодов вскоре оказалась в Блетчли Парке.

Когда британские конвои, пользуясь перехваченными данными, начали успешно уходить от подлодок и топить их, немцы догадались, что их шифр разгадан. В феврале 1942 года "Энигму" усовершенствовали, добавив еще один ротор, однако 30 октября 1942 года журналы кодов к новой машине были захвачены на подводной лодке U-559. Пользуясь полученной информацией, математики смогли разгадать принцип работы машины, что в конечном итоге привело к тому, что в 1943 году немцы окончательно потеряли контроль над Атлантическим океаном.

Читайте также:  Средство для чистки салона автомобиля

ГИДРОЛОКАТОРЫ

На первых подводных лодках сначала устанавливали прибор обнаружения акустического шума, известный как "групповой гидролокатор", или GHG. Он представлял собой 11 (позднее 24) гидрофонов, размещенных в носовой части легкого корпуса полукругом вокруг баллера носовых горизонтальных рулей и связанных с приемником во втором отсеке. Так как акустические датчики крепились в носовой части лодки по бортам корпуса, точность обнаружения источника шума была приемлемой только в том случае, если пеленгуемый корабль находился на траверзе лодки.

Более совершенным прибором обнаружения акустического шума явился "сканирующий гидролокатор", или KDB. Он представлял собой вращающуюся поворотную выдвижную штангу в носовой оконечности корпуса, на которую монтировалось шесть гидрофонов. Антенна размещалась на верхней палубе сразу за сетепрорезателем, но главным недостатком ее была слабая защита от глубинных бомб, поэтому от установки этой модификации вскоре отказались.

В последние годы войны приборы обнаружения акустического шума были усовершенствованы. Был создан так называемый "балконный гидролокатор", который обеспечивал более широкий угол обзора по сравнению с GHG и KDB. Все 24 гидрофона установили внутри обтекателя, по форме напоминавшего балкон, в нижней части носа лодки. Новая схема имела высочайшую точность пеленгования (ее даже механически связали с СРП управления торпедной стрельбой) за исключением узкого сектора в 60°, находившегося прямо по корме. "Балконный гидролокатор" разрабатывался для лодок XXI серии и на лодках VII и IX серий широкого применения не нашел.

Гидролокатор S-Gerat – основная причина совершенствования лодок VII серии с типа В на тип С – на лодках так и не появился. Данный прибор рассматривался, в первую очередь, как средство обнаружения якорных мин, которые на просторах Атлантики отсутствовали. Кроме того, немецкие подводники не хотели иметь на борту какую-либо аппаратуру, которая своей работой могла бы демаскировать подводную лодку.

РАДАРЫ

Базовую радиолокационную аппаратуру начали устанавливать на подводные лодки с лета 1940 года. Первой работоспособной моделью был радар типа FuMO29. Он использовался в основном на лодках IX серии, но встречался и на нескольких лодках VII серии, его легко было узнать по двум горизонтальным рядам из восьми диполей в передней части рубки. В верхнем ряду находились антенны передатчиков, в нижнем – приемников. Дальность обнаружения крупного корабля станцией составляла 6-8 км, самолета, летящего на высоте 500 м – 15 км, точность определения направления была равна 5°.

В усовершенствованном варианте радара FuMO30, внедренном в 1942 году, диполи, смонтированные на рубке, были заменены выдвижной, так называемой "матрасной", антенной размером 1 x 1,5 м, которую убирали в щелевую нишу внутри стенки рубки. Аппаратура обнаруживала не все корабли противника из-за того, что антенна выдвигалась не очень высоко над поверхностью воды в отличие от надводных кораблей. Кроме того, за счет переотражений сигнала от волн во время шторма возникали сильные помехи, и зачастую корабли противника визуально обнаруживались раньше радара. Этот вариант радара получили лишь немногие подводные лодки.

Последний модифицированный образец, FuMO61, являлся морской версией радара ночной истребительной авиации FuMG200 "Хохентвиль". Он поступил на вооружение в марте 1944 года и был ненамного лучше FuMO30, но оказался эффективным средством обнаружения самолетов. Он работал на длине волны 54-58 см и имел антенну, почти идентичную FuМО30. Дальность обнаружения крупных кораблей составляла 8-10 км, самолетов 15-20 км, точность пеленгования была равна 1-2°.

ДЕТЕКТОРЫ РАДАРНОГО ИЗЛУЧЕНИЯ

Детектор радарного излучения FuMB1 "Метокс" появился в июле 1942 года. Конструктивно он представлял собой простейший приемник, рассчитанный на фиксирование сигнала, передаваемого на длине волны 1,3-2,6 м. Приемник соединялся с внутрилодочной трансляцией, так что сигнал тревоги слышал весь экипаж. Эта аппаратура работала с антенной, натянутой на сколоченный деревянный, так называемый "бискайский" крест; при поиске цели антенну поворачивали вручную. Однако у нее был один серьезный недостаток — хрупкость конструкции: при срочном погружении антенна часто ломалась. Применение FuMB1 позволило на полгода лишить эффективности британский противолодочный рубеж в Бискайском заливе. С конца лета 1943 года в производство была запущена новая станция FuMB9 "Ванце", фиксировавшая излучение в диапазоне 1,3-1,9 м. В ноябре 1943 года появилась станция FuMВ10 "Боркум", контролировавшая диапазон 0,8-3,3 м.

Следующий этап был связан с появлением у противника новой РЛС ASV III, работавшей на длине волны 10 см. Весной 1943 года участились доклады немецких подводников, согласно которым лодки подвергались внезапным атакам противолодочных самолетов в ночное время без предупреждающего сигнала "Метокса". Проблема, связанная с необходимостью контроля излучения в диапазоне частот английского радара ASV III, в конечном итоге была решена после появления в ноябре 1943 года системы FuMB7 "Наксос", работавшей в диапазоне 8-12 см. В дальнейшем на лодках стали устанавливать две станции: "Наксос" и "Боркум"/"Ванце"; в результате их совместного применения подводные лодки наконец получили превосходную возможность обнаружения излучения во всем диапазоне частот радаров.

С апреля 1944 года на смену им пришла станция FuMB24 "Фляйге", контролировавшая диапазон 8-20 см. На появление американских летающих лодок с радиолокационными станциями APS-3, APS-4 (длина волны 3,2 см) немцы отреагировали созданием приемника FuMB25 "Мюке" (диапазон 2-4 см). В мае 1944 года "Фляйге" и "Мюке" были объединены в комплекс FuMB26 "Тунис".

РАДИОСТАНЦИИ

Основная радиосвязь между подводной лодкой и береговым командованием обычно обеспечивалась системой связи, работавшей в диапазоне КВ 3-30 МГц. На лодках устанавливались приемник E-437-S и 200-ваттный передатчик фирмы Telefunken, а в качестве резервного — менее мощный, 40-ваттный, передатчик фирмы Lorenz.

Для радиосвязи между лодками использовался комплект аппаратуры в диапазоне СВ 300-3000 кГц. Он состоял из приемника Е-381-S, передатчика Spez-2113-S и небольшой выдвижной антенны с круглым вибратором в правом крыле ограждения мостика. Эта же антенна играла роль радиопеленгатора.

Возможности использования волн СДВ диапазона 15-20 кГц раскрылись только в ходе войны. Выяснилось, что радиоволны этого диапазона при достаточной мощности передатчика могут проникать через поверхность воды и приниматься на лодках, находящихся на перископной глубине. Для этого требовался чрезвычайно мощный передатчик на суше, и этот 1000-киловаттный передатчик "Голиаф" был сооружен во Франкфурте-на-Одере. После этого все приказы, передаваемые командованием подводного флота, стали транслироваться в KB и СДВ диапазонах. Сигналы передатчика "Голиаф" принимались на широкополосный приемник E-437-S фирмы Telefunken с использованием той же круговой выдвижной антенны.

Читайте также:  Рейтинг масел для двигателя за рулем

Шноркель против роттердамской установки

В ответ на призыв командования подводного флота специалисты наряду с работами по созданию подводной лодки нового типа реконструировали имеющиеся лодки. Последние стали снабжаться гидравлически выдвигающейся воздушной трубой, которая обеспечивала работу дизелей и при нахождении лодки в подводном положении на перископной глубине.

Таким образом, для лодок «VII» и «IX» серий отпадала необходимость обязательно всплывать на поверхность для подзарядки аккумуляторов и вентиляции отсеков. Размеры головок перископа и воздушной трубы были слишком малы, чтобы радиолокаторы противника могли обнаруживать их на большом удалении. При движении подводной лодки с выдвинутой воздушной трубой одновременно поднимался и перископ для наблюдения за воздухом, чтобы обезопасить лодку от неожиданного нападения. Однако это не всегда удавалось, и многие лодки подвергались внезапным атакам. Помимо всего прочего, противник обнаруживал лодку по следу выходящих отработанных газов или по пенящемуся буруну на поверхности моря при спокойной погоде. Нередко подводные лодки гибли из-за того, что им не удавалось вовремя уйти на большую глубину. Иногда подводным лодкам разрешалось идти с поднятой воздушной трубой только ночью. Это было вызвано тем, что в случае нападения на лодку летчику приходилось сбрасывать бомбы, руководствуясь только данными радиолокатора. Ввиду же неточности изображения на экране вероятность поражения на основании только этих данных существенно снижалась.

Однако все, что было достигнуто в этом отношении, сводилось на нет действиями кораблей-охотников за подводными лодками.

Дело в том, что лодка, производящая в ночное время зарядку аккумуляторов под водой, не только слепа, но и глуха вследствие шума, производимого работающими дизелями. В это время и шумопеленгатор лодки в результате возникавших собственных больших помех не мог обнаружить приближения противника. Зарядку аккумуляторов стало возможным производить только с частыми перерывами, чтобы в промежутки прослушивать горизонт. Движение подводной лодки под воздушной трубой даже в ночное время становилось игрой ва-банк. Лодка по-прежнему оставалась в положении зверя, непрерывно преследуемого охотником.

Ко всему этому у подводников возникало чисто психологическое чувство собственного бессилия. Лодки, следовавшие в подводном положении, фактически были отрезаны от внешнего мира. Они теряли подвижность, оказывались прикованными к ограниченному месту, могли продвигаться лишь со скоростью пешехода и только временами на короткое время могли увеличивать скорость хода. Возможности подводных лодок в отношении разведки и наблюдения также были ограниченны, так как просматриваемый в перископ горизонт был слишком ничтожен по сравнению с тем морским простором, где ходили суда противника, которые следовало атаковать и топить.

Поэтому, как и в начале войны, подводным лодкам приходилось выходить к узлам морских сообщений или выжидать на подступах к крупным портам Англии и проливам появления транспортов. Воздушная труба позволяла это делать, но опасности для подводных лодок увеличивались теперь вдвойне.

Что же, однако, представлял собой злополучный радиолокатор, которым стал пользоваться противник? Как выглядит эта новая аппаратура? Каков принцип ее действия и какими средствами надлежит бороться с ней?

Весной 1943 года под Роттердамом был сбит бомбардировщик противника. Из-под его обломков извлекли никому не известное устройство, вернее, разбитые детали, первоначально принятые за части бомбардировочного прицела новой системы. Однако после того как в обломках другого сбитого самолета снова были обнаружены такие же детали, их стали исследовать, и в результате кропотливой работы удалось восстановить прибор до такой степени, что он стал действовать. Так подтвердилось предположение о том, что части эти принадлежат новой радиолокационной аппаратуре противника. Открытие оказалось ошеломляющим-это был панорамный радиолокатор, получивший у немцев название «роттердамская установка».

Установка эта работала на волне 9 сантиметров и на ее излучение не реагировали ни прибор «Метокс», ни поисковый радиолокатор «Fu-MB», созданные в расчете на перехват английского радиолокатора «ASV», работавшего в диапазоне дециметровых волн. Создать новую установку коротковолнового диапазона, да еще в таком большом количестве, как это требовалось, было очень трудно.

Воздушная труба являлась лишь паллиативом, временным вспомогательным средством для подводных лодок старых типов. На некоторых голландских подводных лодках такие трубы имелись еще до войны. Впервые такая труба была применена в 1925 году на итальянской подводной лодке «Сирена», но использовалась она только для вентиляции лодки, а не для работы дизеля.

Изыскания, преследовавшие усовершенствование воздушной трубы, продолжались. Благодаря этим работам удалось сконструировать устройство, позволявшее не только производить вентиляцию, как на итальянских и голландских подводных лодках, но и подавать свежий воздух для работы дизелей, а также удалять отработанные газы.

Только в результате этого усовершенствования стали возможны длительное пребывание лодки под водой и зарядка аккумуляторов без всплытия.

В немецком подводном флоте это устройство получило название «шноркель». Только благодаря ему в какой-то степени повысилась безопасность подводных лодок.

Бомбардировщик с высоты 3000 метров при любой облачности имеет возможность непрерывно просматривать на экране радиолокатора пространство в радиусе 80 морских миль. Исходя из этого легко представить, что при умелой организации разведки можно было полностью контролировать весь район боевых действий немецких подводных лодок. Дальность наблюдения радиолокатора уменьшалась только при плохой погоде, то есть в условиях волнения моря.

С изобретением шноркеля положение подводных лодок заметно улучшилось и подводники почувствовали себя в большей безопасности.

Благодаря шноркелю лодка, раньше лишь временами следовавшая под водой (например, при атаке в дневное время), превращалась в настоящую подводную лодку[27]. Она часто всплывала, но все же имела возможность находиться под водой очень продолжительное время. Так, например, некоторые немецкие лодки могли оставаться под водой в течение 66 суток. Правда, это нелегко давалось личному составу. Одна лодка находилась под водой в проливе Ла-Манш в течение 59 суток. Другая подводная лодка пересекла под шноркелем Индийский океан, причем температура внутри лодки доходила до 70 градусов выше нуля.

Плавание под шноркелем предъявляло к подводникам повышенные требования. Даже при спокойном море случалось, что волна накрывала головку шноркеля и подача воздуха прекращалась, а дизели до их выключения продолжали высасывать воздух из отсеков, так что у команды, как говорится, глаза на лоб лезли.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *